Эйвери сочувственно улыбнулась Гарри Дэниелсу, менеджеру тотализатора.

— Хотелось бы мне добраться до тех маленьких дьяволов, которые это натворили! — прорычал он.

— Ну-ну, не нужно так говорить, Гарри, — предупредил сержант Гриффитс. — Предоставьте это дело профессионалам.

Вскоре начальник пожарной бригады разрешил Эйвери осмотреть ателье. Ее сердце упало, когда она увидела, что от дыма сильно пострадала стена, смежная с тотализатором.

— Не волнуйтесь, нет ни разбитых стекол, ни повреждений каркаса, — сказал сопровождающий ее пожарный. — Нужно просто покрасить общую стену.

Эйвери решила временно перевезти швейные машинки и ткани домой. Многие охотно согласились помочь ей перетащить вещи в ее машину, а полиция выделила свой автомобиль, чтобы Эйвери не пришлось ездить дважды.

Было почти четыре часа утра, когда она попрощалась с помогавшим ей констеблем и наконец забралась в кровать. Ее разбудил телефонный звонок.

— Алло, — прохрипела она. :

— Эйвери? — нетерпеливо спросил мужской голос.

— Да?

— Джонас Мерсер. С тобой все в порядке?

— О, привет. Да, да, со мной все в порядке. — Она откашлялась и села в постели. — В отличие от моего ателье.

— Забудь об ателье, — резко сказал он. — Где ты была, когда начался пожар?

— Гуляла и помчалась как ветер, услышав вой сирен. Зданию тотализатора повезло куда меньше. Потом я уехала домой со швейными машинками — точнее, с двумя. Тони привез остальные.

— Какой еще Тони?

— Очаровательный молодой констебль.

— Очень мило с его стороны. — На мгновение воцарилось молчание. — Завтра я приеду. Полагаю, у тебя есть страховой полис?

— Конечно.

— Отлично.

— Джонас…

— Да?

— Спасибо.

Эйвери положила трубку, не объясняя, за что благодарила его, и отправилась в ванную, где увидела в зеркале красноглазое, бледное привидение, что заставило ее поскорее принять душ.